Advertisement
навигация
------------------------------------
Поддержать проект
------------------------------------
Пользователь

Пароль

Запомнить меня
Забыли пароль?
Популярные книги



Главная arrow Публикации arrow Учения arrow Искусство быть женщиной
Искусство быть женщиной Версия для печати Отправить на e-mail
Написал kosta   
Monday, 07 July 2008

По-этому живет человек на земле.
Ф. Гельдерлин

ИСКУССТВО БЫТЬ ЖЕНЩИНОЙ

(опыт феноменологической деструкции)

Что значит быть женщиной? Этот вопрос не так наивен, каким он может показаться на первый взгляд. Ибо он звучит не просто: что такое “женщина”, но: что значит “быть женщиной”. На первый вариант этого вопроса, ответ, может дать обычное медицинское освидетельствование, в результате которого по определенным анатомическим признакам констатируется собственно женское в его отличии от мужского. Мы же спрашиваем: что значит “быть”? Слово “быть” никак не направляет наш взор в сферу биологических представлений; в нем нет даже и намека на такое понимание. Со словом “быть” ассоциативно схватывается слово “стать”. Значит ли это - задаваясь вопросом “Что значит быть женщиной?” мы подразумеваем “Что значит стать женщиной?”. Нет. Слово “быть” соотносится с Бытием и, следовательно, оно, по своему смыслу, изначальнее, первичнее любого другого слова. Задаваясь вопросом “Что значит быть женщиной?” мы тем самым, подспудно, как бы и “опасаемся” его, ибо в несколько иной форме (что однако не изменяет его сущности) он звучит: “Что значит не-стать женщиной?”. Женщиной нельзя стать, ею можно только быть или не-стать. Такой смысл содержит в себе поставленный здесь вопрос. Почему так важно правильно поставить вопрос? Спрашивая, мы всегда обращаемся к чему-то неизвестному. Но как можно спрашивать о том чего не знаешь? Для того чтобы вопрос не обращался в “пустоту неизвестности” он должен быть “поставлен” т.е. осмыслен - ясно направлен в сторону ожидаемого ответа.

Итак, мы спрашиваем: Что значит быть женщиной? Можно сходу привести несколько ответов: быть хорошей матерью, женой; не-стать уличной или же старой девой; чуть более легкомысленно (подсказанной рекламой): умение модно одеваться, быть обладательницей лучшей парфюмерии или косметики и т.д., и т.п. Если же воспользоваться своим воображением, то можно для начала буквально процитировать великого Гюго. Помните, слова герцогини: "Гуинплен, ... Женщина - это глина, жаждущая обратится в грязь". Но воображению нет границ. Значит ли это, что на наш вопрос мы не сможем получить искомый и релевантный ответ. Нет, не значит. Если в центре вопроса стоит осмысление слова, соотнесение со словом “быть”, то и вопрошание должно быть обращено не к молве, рекламе или пылкой фантазии, а к Бытию. Но что это значит? Можно ли вообще спросить Бытие? Да, можно. И более того, такое вопрошание есть исконное, изначальное дело философского мышления.

Спрашивая: что значит “быть женщиной”, мы тем самым спрашиваем: почему “женщина” - изначально, по природе (рождению) являющаяся женщиной еще в каком-то ином смысле должна “быть женщиной”. Иначе говоря, поставленный вопрос в своей философской глубине звучит так: являясь женщиной по природе, она, помимо этого, еще должна быть женщиной по своему бытию. Попросту говоря: женщина должна быть женщиной. Это высказывание на языке формальной логики есть тавтология - масло масляное. Мышление попало в круг, из которого нет выхода; круг в рассуждении есть зашедшее в тупик мышление. Это известно каждому. Пока это было “известно каждому” мышление не могло спрашивать у Бытия. Так было, пока не нашелся мыслитель, которой усомнился в подлинности традиционной философии, той, что не вопрошает о смысле Бытия. Имя этого философа - Мартин Хайдеггер (1889-1976). Вопрошать о смысле Бытия значит спросить у него самого. Спросить Бытие, значит, войти в его Круг, а если быть точнее то, наоборот мышление не должно выходить из этого Круга. Круг - это сущность самого мышления. Уже Г.В.Ф. Гегель (1770-1831) в “Науке логике” писал: “Главное для науки не столько то, что началом служит нечто исключительно непосредственное, а то, что вся наука в целом есть в самом себе круговорот, в котором первое становится также и последним, а последнее – также и первым” и далее “линия продвижения науки тем самым превращается в круг1. Идею “круга” Гегель уловил интуитивно, он даже выделил курсивом этот термин, но все же он не сделал его методическим принципом, как сделал это М. Хайдеггер2. Указанный круг принято называть “герменевтическим кругом”, герменевтика – это искусство истолкования. Любое мышление предполагает в качестве своего начала некую “абсолютно” достоверную, а, по сути, ничем не доказуемую предпосылку (аксиому). Если предпосылка окажется ложной, то и все строгое рассуждение окажется заблуждением. Чтобы отказаться от каких либо сомнительных предпосылок нужно не перепроверять их (это бесконечный процесс), а отказаться он них вовсе.

“Масло масляное” - это беспредпосылочное суждение, оно истинно и неопровержимо. Мышление должно образовать круг, т.е. исходить из самого себя. Однако, обычно понимаемый круг (тавтология) не дает качественно нового суждения. Поэтому круг, о котором говорит Хайдеггер, есть “герменевтический круг” т.е. круг, содержание которого должно быть истолковано из самого себя. При этом круг необходимо истолковать так, чтобы, выйдя из него все же остаться в нем.

Женщина есть (должна быть) женщина. Это неоспоримая истина. Но как мы должны это понимать (истолковывать)? Мы должны интерпретировать это высказывание так, чтобы сказав что-то, не выйти за рамки очерченного этим высказыванием круга. Как это сделать? Этого никто не знает. И более того, нет метода, который дал бы нам подсказку. Метод - дело науки, а не собственно мышления. Мысля, нужно каждый раз находить свой, присущий только рассматриваемому предмету путь.

Произнесем еще раз рассматриваемое нами высказывание: женщина есть женщина. Если мы вдумаемся в суть произнесенного, то уловим, что в этом высказывании говорится не просто о женщине, но собственно, о ней. Имя собственное принято писать с заглавной буквы. Так сделаем это: женщина есть Женщина. Мы ничего не изменили, не вышли за рамки круга, но все же что-то изменилось в этом высказывании. Что? Что делает женщину Женщиной? Мы должны ответить на этот вопрос, не выходя за рамки герменевтического круга. Вдумываясь в смысл спрашиваемого и проникаясь сферой спрашиваемого, мы незаметно (интуитивно) улавливаем совершенно неказистую, донельзя привычную и все же неприметную истину: женщину делает Женщиной – женственность. В этом суждении нет предпосылок, и, следовательно, его нельзя опровергнуть. Перед нами сама Истина; она не доказуема, но она и беззащитна перед насилием исчисляющего, механико-математического мышления современной науки. И все же она сама, безмолвно говорит нам “ вот-Я-есть”. То что “есть” на языке философии есть Бытие. Женственность есть истина и способ бытия Женщины. Нашли ли мы ответ на поставленный вопрос? Да, и, несомненно. Но удовлетворяет ли он нас? Да, но только в какой то степени.

Полученный ответ, многим, ищущим “неординарность”, сенсационность в мышлении, может показаться банальным. А мы и не ставили себе задачу кого-либо развлечь. Шоу - дело заурядных артистов и дешевых интеллектуалов, а не людей просто мыслящих. Истина всегда проста, безмолвна и не кичлива. Но она звучит самой прекрасной мелодией в душе каждого, кто расположен к ней. Быть расположенным - говорит Хайдеггер - значить иметь соответствующую настроенность, высшая из которых есть любовь.

Но является ли прозвучавший ответ банальным (общеизвестным, избитым)? Мы сможем сказать: да, если окажется, что смысл слова “женственность” общеизвестный. А так ли это? Кого мы можем спросить: что такое женственность? Наверное, женщину, коль в этом заключена истина ее бытия. Если же мы все-таки спросим, то получим самый, что ни есть банальный ответ: женственность это … что-то такое, ну… доброе, нежное, ласковое... и т.д. В лучшем же случае можно услышать: это то, что невозможно передать словами; “в лучшем” потому, что то, что “нельзя передать словами” не может быть банальным. Но “в лучшем” взято в кавычки - подчеркнуто намеренно, т.к. оно (лучшее) здесь также отсутствует, ибо не-высказываемое, значит непонятное и, следовательно, это что-то непросветляемое, темное.
Но не вкралось ли в наше рассуждение нечто негуманное, коль мы отказали женщине в “доброте”? Напротив, именно идея “гуманности” т.е. человечности в человеке как раз и требует не рассматривать указанное качество как исключительную прерогативу женщины. Быть “добрым” - это атрибут не только и не столько женщины, мужчины, дитя или сестры милосердия, но Человека вообще. Далее, разве только женщина бывает “нежной” и “ласковой”? Или, быть может, одна лишь М. Распутина готова “умереть на рассвете дня” от мужских “ласок” что “нежнее, чем шелк” (“Ты меня не буди”, стихи В. Степанова)? Так что же такое “женственность”?

Мышление укоренено в языке. В языке схватывается то, на чем в последующем строятся искусство, религия, наука. Эту мысль впервые обосновал немецкий философ И.Г. Гердер (1744-1803). Благодаря ему, в Германии, а затем и по всему миру возник интерес к сокровищницам народной мудрости (пословицам, поговоркам, притчам и т.д.) т.е. фольклору. Феноменология как способ философствования обращает взор мыслителя к истоку мышления, а значит к до-научным истинам.

“Сила женщины в ее слабости” говорит народная мудрость. Научность требует логичности; и поэтому нет ничего алогичнее, абсурднее, чем утверждение “слабость есть сила”. Но в науке не было и нет метода вслушивания в сокрытую мудрость народного языка. Мы же своим “методом” избрали мышление, т.е. вслушивание в Логос, в то, о чем идет речь в речи. О чем же говорит народная мудрость?

Слабость женщины ... В этом высказывании нам слышится нечто беззащитное, не способное оказать сопротивление, преодолеть опасное препятствие или взвалить на себя бремя невзгод. В то же время мы слышим в нем и нечто такое, что не может не восхищать. Именно это самое Нечто придает “слабости” силу, а восхищение позволяет ощутить ее. Это Нечто при малейшей попытке его помыслить, укрывается от взора, оно всегда и неуловимо уступчиво-отступает, оберегая - бережно сохраняя - себя. Слабость женщины есть уступчивость. Уступчивость есть не просто слабость или тем более трусость, но осознанный, добровольный поступок - акт проявления женственности. Можем ли мы теперь сказать: женственность есть уступчивость? Нет. В уступчивости лишь проявляется женственность. Уступчивость может иметь различную природу. Например “уступчивость” ловкого торгаша или дальновидного дипломата мы не можем считать проявлением женственности. В приведенных примерах речь не идет о подлинной уступчивости. Подлинная уступчивость есть отзывчивость! Отзывчивость означает: воспринять что-то и отозваться звуком. Следовательно, женственность есть уступок отзывчивости. Быть женственным (слово употреблено в мужском роде!) значит уступить, дать проявиться возникшему в душе звуку-отзвуку. Композитор, человек сочиняющий музыку, т.е. вслушивающийся в себя и дающий излиться вовне звукам-отзвукам возникшим в его душе – проявляет женственность. (Не за это ли любят настоящих художников!) Сочинять музыку есть искусство. Значит ли это что и женственность есть своего рода искусство? Да, значит. Быть женщиной, значит дать раскрыться своему бытию - распуститься искусству женственности.
Сочинять музыку есть искусство, а именно - музыкальное искусство. Термин “музыкальное искусство” нам понятен и привычен, он не предполагает для своего раскрытия идеи “женственности”. Но тогда и “женственность” должна обладать чем-то особенным, присущим только ей и никакому другому искусству. “Неотзывчивость” и “неуступчивость отзвуку” лишают женщину искусства быть ей. “Неотзывчивость” есть следствие невосприимчивости, а значит и бесчувственности. Бесчувственная женщина представляет собой патологию, оставим это медицине и психологии, ибо мы придерживаемся изначального тезиса: женщина женственна по своему бытию. Но откуда берется в женщине “неуступчивость отзывчивости”?

“Если вдруг когда ни будь/ Встретишь ты свою судьбу/ То не будь с нею строгою/
Злюкой - недотрогою” поется в шлягере (В. Пресняков “Недотрога”, стихи В. Резникова). Ни “месяц май”, ни “белый танец”, ни “шепот губ” не пробуждают в “недотроге” “уступчивой отзывчивости” (женственности). Почему? Что имеется такого, что не позволяет женщине быть женственной?

Ответ известен и “не сложен”; его мы можем, например, найти у одного из самых прославленных мыслителей и поэтов, родоначальника гуманистической культуры и эпохи Возрождения - Франческо Петрарки (1304-1374). Восстав против аскетизма своей эпохи (которую он выразил в образе мадонны Лауры), поэт, в CCXV сонете знаменитой “Канцоньеры” восклицает: “В ней сочетал Господь любовь и честь”. Что стоит за этой “простой” фразой? Зададимся вопросом: сочетаемы ли “любовь” и “честь”? Отнюдь. Честь проистекает из рассудка - любовь из чувства. А разве нельзя сочетать в себе рассудочность и чувственность? Можно. Так в чем же тогда дело? В том, что “честь” есть сбережение себя, своей самости, своего достоинства. Честь берегут посредством неуступчивости внешним воздействиям. Любовь же, наоборот требует отказа от своей самости во имя чего-то внешнего. Более того, любить, значит воспринимать нечто внешнее как сугубо личное, внутреннее, интимное. Любящий человек всегда уступает внешнему, ибо внешнее отзывается в нем как родное. Человек не может одновременно отзывчиво (не тайно) любить (уступать и отзываться нахлынувшему чувству) и беречь свою честь (чувствовать, но не уступать, не отзываться своим чувствам). И неслучайно Петрарка, понимая несочетаемость этих понятий, вверяет их в руки … Господа.
Женщина не может быть женственной, если ей не открылся дар - любить. Ответили ли мы на вопрос? Да, но, что же тогда значит “любить”? Подвергнуть себя “бесчестью” проститутки уфа?!

Одно из самых обстоятельных описаний любви дал Стендаль (1783-1842) в своем философском трактате “О любви”. На протяжении двух сотен страниц, французский писатель пытается философствовать, и иногда у него это даже получается: “Все искусство любви сводится, мне кажется, к тому, чтобы говорить именно то, что подсказывает степень опьянения данной минутой, то есть, выражаясь иными словами, слушаться своей души. Не нужно думать, что это так уж легко...”
3.
Но все же наиболее сущностное описание феномена любви дал Гегель в своих “Лекциях по эстетике”. Именно он показал, что “любовь” и “честь” не только несовместимы, но и “наоборот, мы можем рассматривать любовь как реализацию того, что уже содержится в чести, поскольку потребность последней заключается в том, чтобы быть признанной, чтобы бесконечность личности была воспринята другой личностью”

4. Конфликт между “любовью” и “честью” не всегда разрешим, зачастую одно из них должно быть принесено в жертву, это как пишет Гегель есть “коллизии любви”. Но все же, любовь есть реализация чести. Гегель неслучайно слово “реализация” выделяет курсивом. “Неуступчивая отзывчивость” есть принесенная в жертву женственность. Уступая и отзываясь, женщина не только “растрачивает” себя, но и тем самым остается верной себе, своей природе, своему началу. Верность – женская верность - это одно из основных качеств, это атрибут женщины.

В суре “Женщины” Священного аль-Корана говорится: “И порядочные женщины – благоговейны, сохраняют тайное в том, что хранит Аллах” (аят 34). Что же “сохраняют” настоящие (“порядочные”, “благоговейные”) женщины? Как следует из этого аята, женщины хранят то, что хранит сам Бог. Бог в исламе есть “существо” милостивое, милосердное, ибо все, что делает верующий - он делает “Во имя Аллаха - милостивого, милосердного!”. Можем ли мы тогда полагать, что женщина - это хранительница “божественной милости и милосердия”? Да, можем. Но первичный, буквальный смысл Корана иной. Чтение древних, религиозных книг предполагает знание и комментария к ним (тафсира). Наиболее признанные тафсиры, составленные Джалалейном Суюти, Ибн Касиром, а также суфийский тафсир Кушайри проясняют смысл приведенного выше аята следующим образом: “Набожные женщины покорны мужчинам – оберегают себя, свое достоинство во время отсутствия (своих мужей), храня тем самым то, что заповедовал Аллах”
5. Слово “отсутствие” нами выделено курсивом. Этим самым подчеркивается, что бытие женщины существенным образом связано и определено существованием (“отсутствием”) мужчин. В этом аяте нет слов “своих мужей”, говорится просто об “отсутствии”. Но все тафсиры (даже суфийский!) едины в том, что: если в жизни женщины что-то отсутствует, то это - мужчина. Какова же значимость женщины в их жизни?

Мужская честь, верность имеют в своей сущности иное происхождение, нежели у женщин и поэтому говорить о них здесь неуместно. Однако зачастую женщины свое (женское) представление об этих понятиях, не задумываясь об их истоке, переносят на мужчин, где оно не “срабатывает”, и тогда создается мнение о “природной” мужской неверности, бесчестии.

6. Природа мужчины и женщины разная и вследствие этого, понятия, вытекающие из этой разницы, несут разное содержание. И все же мы должны спросить: если любовь женщины вырастает из ее чести как искусство женственности, а именно как сохранение, верность, отзывчивость и уступчивость голосу своей природы, в которой мужчине отведено особое место, то в чем же выражается искусство мужчины быть рядом с женщиной оставаясь самим собой?
Все женщины убеждены в том, что “каждая женщина (в-себе) по-своему хороша”, и это верно ибо (как мы теперь знаем) женственность есть истина и способ ее бытия. Но не все то, что в-себе-хорошо может быть и для-себя-хорошим. Благ тот мужчина, рядом с которым женщина-в-себе стала женщиной-для-себя. Стать “для-себя” значит позволить себе раскрыться, распуститься, расцвести тем, что ты есть в-своем-бытии. Что значит “раскрыться” в человеческом смысле? Это значит: дать высказаться – вы-казать себя - истине Человека. Такая истина свершается в искусстве. Все искусство, говорит Мартин Хайдеггер, по своей сущности – это поэзия7. В чем же ее великое предназначение?
Уже много лет я являюсь очевидцем одной и той же сцены. В разгар праздничного застолья, близкий мне, пожилой, седовласый мужчина, вдруг, неожиданно для всех и, как мне кажется для самого себя, начинает тихим, но звучным голосом читать речитативом незатейливый стих, произнося имя сидящей рядом с ним женщины. Эти слова напоминают о его далекой юности, когда он полюбил и, выразил это чувство в нежно сложенных словах. Сохранилось ли это чувство по истечении стольких лет? Навряд ли. А стихи произносятся. Они звучат в разверзнувшейся тишине. Увлажняются глаза чтеца и, что-то трогательное, по-детски робкое и беззащитное, открывается в его помолодевшем и посветлевшем лике. Что сохранил он – отяжелевший от прожитых лет мужчина? Он сберег Истину, подаренную ему судьбой! В произносимых им словах свершается и сберегается истина – истина породивших их чувств. В поэзии, чуде слова обретает себя истина. В этом великое предназначение поэзии Искусства.

Искусство быть женщиной. Раскрыт ли смысл этих слов? Смысл мыслит истину, а истина свершается в Слове. Строгость осмысления, тщательность речи и скупость слова, говорит Хайдеггер, озаряют истину Бытия. Уместна ли была наша речь - заявленному в заглавии? Мы уловим ее, если - услышим в ней мысль, услышанную великим мыслителем8: “По-этому живет человек на земле”.

ССЫЛКИ

  1. Г.В.Ф. Гегель. Наука логики. Спб.: Наука, 1997. - С.59
  2. М. Хайдеггер. Бытие и время.§ 32 проститутки уфа Понимание и толкование М.: Ad Marginem, 1997. – 442 с.
  3. Стендаль. О любви // Соч. в 5-ти т. – Т.3. М.: Вече, 1997. - С.297
  4. Г.В.Ф. Гегель. Эстетика. Соч. в 4-х т. - Т.2. М.: Искусство, 1969. - С.275
  5. Автор выражает свою признательность за оказанное содействие молодому философу и выпускнику Университета Короля Сауда (Королевство Саудовской Аравии) Ильшату Насырову.
  6. Например, термин “девственность” имеет биологическое происхождение и связан исключительно с природой женщины (девы). Поэтому все красивые и высоконравственные “рассуждения” о “девственном юноше” в своей сущности беспочвенны.
  7. М. Хайдеггер. Исток художественного творения // Работы и размышления разных лет. -М.: Гнозис, 1993. – С.103.
  8. М. Хайдеггер. Вопрос о технике // Время и бытие. – М.: Республика, 1993. – С.238.

Айдар Абдуллин
Академия наук РБ

22.02.98.

 

Комментарии

Комментарии разрешено оставлять только зарегистрированным пользователям.
Войдите в систему или зарегистрируйтесь.

< Пред.   След. >
 
дополнительно
Афоризм
Анекдот






Advertisement
Copyright 2000 - 2005 Miro International Pty Ltd. Все права защищены. Mambo свободно распространяемое программное обеспечение по GNU/GPL лицензии.
Локализация и поддержка русской версии Мамбо: - команда РУ-МАМБО - официальный партнер локализации - РУ-МАМБО-ФОРУМ

Design С 2005 by "VK Studio"
Союз образовательных сайтов Яндекс.Метрика